Russia

Maria Stepanova
2005

Utro subboty. Utro voskreseniia

Все окна раскрыты, все шторы колеб-
-лются, и желтее чем дынные недра
Июльское солнце на плечи и бедра
Намазывается как на хлеб.

Лежать поперечно кровати,
И знать, что не надо вставати,

Что воздух напрасно готовил
Укрытья, ходы, колеи,
Чтоб я в эти пазухи вставила-вставил
Шаги и колена свои.

Равняясь в безмыслии с липовой веткой,
Лежать-розоветь неприличной креветкой

В морщинах пустой простыни.
Как будто не чуя ни тренья ни тленья,
Простым матерьялом без сопротивленья,
Бельем, а его простирни.

Движенье заразно, столетье железно,
Тем более буду
Под грузом субботы лежать бесполезно,
Качая свободу,

Как черную нефть из промасленной почвы –
Из долгих гудков, неотвеченной почты.

2.

Все окна раскрыты, все шторы колеб-
-лются, и желтее чем дынные недра
Июльское солнце на ветхие бедра
Намазывается как на хлеб.

Не помню, мы женщины, или мужчины,
Иль мы разнополы, и кто – вещество,
Ловящее воздух во рты и морщины
И трещины тела едва ль своего,
В морские морщины сухой простыни.

Деталями в масле грядущего тленья,
Простым матерьялом без сопротивленья,
Бельем, а его простирни,

Лежим поперечно кровати,
Пустые сосуд,
Сознав, что не надо вставати,
И так унесут.

Что воздух напрасно готовил
И впрок размягчал колеи,
Чтоб мы в эти пазухи вставила-вставил
Болты и шарниры свои.

И как паровозы на ветер – пол-порции дыма,
В мельчайшее зеркальце, бьющееся невидимо
У старческих губ, проверяя концицию, –
Свою выдыхаю петицию:

Последнего воздуха маленький груз
(На зуб, на зерно, на мышиный укус)
Отдам дорогому заводу.
Сама же иду на свободу.

На волю, на вы, отрясая печати,
Иду воскресенье как мышцы качати;
Как нефть из промасленной почвы –
Из впредь неотвеченной почты.

Retrieved from: public domain


Saturday Morning. Sunday Morning

The windows open, the curtains bil-
lowing, and the July sun, yellower than the depths of a melon,
Spreads itself upon shoulders and hips,
Like on a slice of bread.

Laying crosswise on the bed,
and knowing there’s no need to get up,

That the air in vain prepared
Shelters, paths, and tracks,
So that I might place into their hollow
My steps and knees.

Thoughtless as a linden branch,
laying, turning pink like an indecent shrimp

In the folds of empty sheets.
As if oblivious to the friction and decay,
The simple material, offering no resistance,
The bedlinen and its stretch.

Movement spreads like a disease, a century of iron,
All the more reason
to lay uselessly beneath the weight of Saturday,
Pumping my freedom,

Like black gasoline from the oleaginous earth—
From ceaseless buzzers, unanswered letters.

2.

The windows open, the curtains bil-
lowing, and the July sun, yellower than the depths of a melon,
Spreads upon broken down hips
Like on a slice of bread.

I don’t remember – are we women or are we men
or are we different sexes, and who is matter,
Trapping air in mouths and wrinkles,
In the cracks of bodies barely theirs,
In the saltwater wrinkles of dry linens.

Trivia in the oil of approaching decay,
Simple material without resistance,
Of bedlinen and its stretch,

We lay crosswise on the bed,
Empty vessels,
Knowing that there is no reason to get up,
We’ll get swept away anyway.

That the air in vain prepared,
And in anticipation softened the tracks,
So that we might place into their hollow
Our latches and hinges.

And like locomotives in the wind – fragments of smoke,
In the smallest of mirrors, beating imperceptibly
On senile lips, assessing the conthishons, –
Exhaling our petition:

Little load of the last bit of air,
(of a tooth, of a grain, of a mousebite)
I will give to the beloved factory.
And I myself am breaking free.

Towards volition, towards you, shaking off seals,
Sundays I walk like swinging muscles;
Like gasoline from the oleaginous soil –
From future mail unanswered.

Translated by Alexander Dumanis and Natalia Vygovskaia


Maria Stepanova is a contemporary poet, essayist, and editor in chief of the online newspaper Colta. In 2018 she was awarded the Bolshaya Kniga (The Big Book) Award for In Memory of Memory, a project focused on history of cultural memory. She is author of ten poetry collections and two books of essays. Her poems have been translated into English, Italian, German, French and Hebrew.

We have chosen this poem for our collection because it leaves the reader with the feeling of nostalgia for the time of pleasant, careless leisure, when being secluded in one’s home was the utmost degree of the desire to forget about the triviality of working week. Stepanova’s weekend poem includes two parts that describe Saturday and Sunday on a hot summer day. Saturday morning is revealing itself in the motionlessness of the body and the consciousness that is eager to dissolve in the lightness of existence. Sunday morning brings in the feeling of nostalgia and decadence when the awareness of brevity of life begins to overshadow the delight of physicality in its happy ignorance.

The visibility of poetic language that compares regaining the individual freedom to pumping oil communicates so well the hardship of preserving our personhood in the uncertainties of the precarious post-COVID world. This poem beautifully encapsulates that semi-conscious awareness in the morning of bed as sanctuary, the sweetest kind of nonbeing in a space uninhibited by burden or necessity. Stepanova’s images and associations stream across her mind, untethered, and remind us of something we too once imagined, caught up in a war between movement and idleness.

Prepared by Natalia Vygovskaia and Alexander Dumanis

Leave a Reply

avatar
  Subscribe  
Notify of